Treatment of metabolic syndrome in young patients with vitamin D deficiency

Cover Page

Abstract


Aim. The purpose of the study is to increase the effectiveness of treatment of metabolic syndrome (MS) in young patients with vitamin D deficiency.

Materials and methods. The study involved 54 patients with MS and vitamin D deficiency (50% of women, 50% of men), aged 20–44 years. To assess the concentration of melatonin at a young age, a control group of 42 practically healthy volunteers with comparable demographic characteristics with no signs of MS was formed.

Results. In patients with MS and vitamin D deficiency, there was a significant decrease in the average daily level of 6-sulfatoxymelatonin in the urine by 3.7 times, compared with the group of individuals without MS. Patients with MS and vitamin D deficiency (n=54) were randomly assigned to two groups with comparable clinical and demographic characteristics. Patients of the 1st group (n=27) observed dietary recommendations and took the drug Metformin at a dose of 1700 mg/day for 12 months. In the 2nd group (n=27), in addition to the one indicated in the 1st treatment group, correction of vitamin D deficiency was performed (a micelled preparation of cholecalciferol at a dose of 4000 IU/day, for 6 months, then 2000 IU/day for another 6 months) and the level of melatonin (melatonin preparation at a dose of 3 mg/day for 6 months). After treatment in young patients with MS, there was a significant change in the median of the studied parameters in all therapeutic groups, but more pronounced dynamics was observed in group 2 in terms of: WC in women, BMI, insulin resistance index, LDL cholesterol, TG, hs-CRP, hs-TNF-á, IL-6, leptin.

Conclusion. To increase the effectiveness of MS treatment in young patients with vitamin D deficiency, it is necessary to determine the level of melatonin (urinary 6-sulfatoxymelatonin) and, if it decreases, carry out correction of melatonin and 25 (OH) vitamin D in addition to the standard therapy of this syndrome.


Full Text

АГ – артериальная гипертония

АД – артериальное давление

ДАД – диастолическое артериальное давление

ИЛ-6 – интерлейкин-6

ЛПВП – липопротеиды высокой плотности

ЛПНП – липопротеиды низкой плотности

МС – метаболический синдром

ОТ – окружность талии

САД – систолическое артериальное давление

СД – сахарный диабет

ТГ – триглицериды

ХС – холестерин

HOMA (Homeostasis Model Assesment) – малая модель гомеостаза

hsСРБ – высокочувствительный С-реактивный белок

hsФНО-α – высокочувствительный фактор некроза опухоли α

В России, как и во всем мире, в последние годы отмечается устойчивый рост распространенности ожирения, сахарного диабета (СД) и артериальной гипертонии (АГ) – факторов риска, тесно связанных между собой и объединяемых в рамках метаболического синдрома (МС) [1–3]. Если ранее МС считался приоритетом среднего и пожилого возраста, то за последние два десятилетия наблюдается его значительное увеличение среди подростков и молодых людей [4, 5]. Большинство ученых признают, что ключевая патогенетическая роль МС принадлежит абдоминальному ожирению, инсулинорезистентности и хроническому системному воспалению. Прерывая цепь последовательных событий на различных этапах развития МС с помощью медикаментозной и немедикаментозной терапии, можно предотвратить или замедлить развитие сердечно-сосудистых заболеваний и СД 2-го типа, продлить жизнь пациенту [6–9].

Большинство российских и зарубежных исследовательских групп занимаются изучением и поиском оптимальных методов лечения МС. Лечебно-профилактические мероприятия МС в молодом возрасте являются ключевыми факторами для снижения хронических заболеваний в старости.

В современной литературе освещены вопросы плейо-тропных эффектов мелатонина [10–12] и витамина D в отношении здоровья человека [13–16]. Однако, несмотря на эффективность и безопасность препаратов мелатонина и витамина D, их назначение с целью коррекции МС не нашло широкого применения в клинической практике. Неизученным остается вопрос об эффективности терапии МС, учитывающей влияние мелатонина и витамина D. Эти малоизученные и нерешенные вопросы явились предпосылкой для проведения настоящего исследования.

Цель исследования – повысить эффективность лечения МС у молодых пациентов с дефицитом витамина D.

Материалы и методы

Данное исследование проведено среди 54 пациентов с МС и дефицитом витамина D (50% женщин, 50% мужчин) в возрасте 20–44 лет, длительно (более 10–15 лет) проживающих в Новокузнецке. Диагностику МС осуществляли по рекомендациям экспертов Всероссийского научного общества кардиологов (ВНОК, 2009) [17]. Основным критерием МС стал центральный (абдоминальный) тип ожирения: окружность талии (ОТ)>80 см у женщин и более 94 см у мужчин, а дополнительными – АГ: систолическое артериальное давление (САД)>130 и диастолическое артериальное давление (ДАД)>85 мм рт. ст.; уровень триглицеридов (ТГ)>1,7 ммоль/л; снижение концентрации холестерина (ХС) липопротеидов высокой плотности (ЛПВП)<1,0 ммоль/л у мужчин и ниже 1,2 ммоль/л у женщин; повышение уровня ХС липопротеидов низкой плотности (ЛПНП)>3,0 ммоль/л; гипергликемия натощак (содержание глюкозы в плазме крови натощак 6,1 ммоль/л) и нарушенная толерантность к глюкозе: уровень глюкозы в плазме крови через 2 ч после нагрузки – 7,8 и <11,1 ммоль/л. Наличие у пациента абдоминального ожирения и 2 дополнительных критериев являлись основанием для диагностики МС. Критериями исключения из исследования стали: постменопаузальный МС; СД 2-го типа; заболевания щитовидной железы и репродуктивной системы, требующие гормональной коррекции; терапия статинами, препаратами кальция, витамином D, β-адреноблокаторами, нестероидными противовоспалительными препаратами, гормональными контрацептивами; длительная и частая инсоляция; воспалительные заболевания кишечника, синдром жировой мальабсорбции; сопутствующие заболевания в стадии обострения; посменная работа в ночное время суток. Для оценки избыточной массы тела и ожирения использовали индекс массы тела – ИМТ (1997 г.). Уровень мелатонина определяли по значению 6-сульфатоксимелатонина в моче, который является достоверным показателем, отражающим секрецию мелатонина [18]. Для оценки концентрации мелатонина в молодом возрасте сформирована контрольная группа из 42 практически здоровых добровольцев с сопоставимыми демографическими характеристиками [52,4% (n=22) женщин и 47,6% (n=20) мужчин в возрасте 35 (28; 38) лет] без признаков МС (ОТ у женщин – менее 80 см, у мужчин – менее 94 см, артериальное давление – АД<130/85 мм рт. ст., ХС ЛПНП<3,0 ммоль/л, ХС ЛПВП>1,2 ммоль/л, ТГ<1,7 ммоль/л, глюкоза в плазме крови натощак ниже 6,1 ммоль/л), с нормальной массой тела (ИМТ>18,5 и <25 кг/м²), без жалоб и хронических заболеваний в стадии обострения, c учетом аналогичных критериев исключения из программы исследования.

Уровень витамина D определяли по содержанию 25(ОН) витамина D согласно рекомендациям Международного общества эндокринологов (2011 г.) [15]. Дефицит витамина D диагностировали при 25 (ОН) витамина D ниже 20 нг/мл. Для оценки инсулинорезистентности использовали малую модель гомеостаза (Homeostasis Model Assesment – HOMA). Индекс инсулинорезистентности HOMA-IR рассчитывали по формуле:

HOMA-IR = глюкоза натощак (ммоль/л) ¥ инсулин натощак (мкЕд/мл) / 22,5.

Для определения уровня лептина применяли диагностический набор Leptin ELISA, DBC (норма 3,7–11,1 нг/мл), инсулина – Monobind Insulin ELISA (норма 0,7–12,5 мкМЕ/мл). При рассмотрении медиаторов системного воспаления использовали высокочувствительный С-реактивный белок (hsСРБ), высокочувствительный фактор некроза опухоли α (hsФНО-α), Bender MedSystems (норма 0–3,22 пг/мл) и интерлейкин-6 – ИЛ-6 (норма 0–5 пг/мл).

Пациенты с МС получали антигипертензивную терапию в индивидуально подобранных дозах: монотерапию ингибиторами ангиотензинпревращающего фермента – 46,3% (n=25) пациентов; комбинацию ингибитора ангиотензинпревращающего фермента и диуретика – 53,7% (n=29) пациентов. Целевой уровень АД (<130/85 мм рт. ст.) на фоне антигипертензивной терапии фиксировали на протяжении исследования у всех пациентов с МС и дефицитом витамина D.

В соответствии с требованиями биомедицинской этики на участие в исследовании получено информированное согласие всех обследованных лиц. Протокол исследования одобрен Этическим комитетом ГБОУ ДПО НГИУВ Мин-здрава России (регистрационный №43, от 18.04.2013). Описательная статистика использовалась для систематизации, наглядного представления материала в виде таблиц и их количественного описания. Количественные данные представлены в виде медианы (Me), 25 и 75-го нижнего и верхнего квартиля (Q25; Q75), качественные признаки представлены в виде абсолютных значений (n) и процентной доли (%). Непараметрические методы применяли для оценки статистической значимости межгрупповых различий с использованием критерия U-теста Манна–Уитни (Mann–Whitney U Test) для двух несвязанных групп, для сравнения качественных показателей – критерий Пирсона χ2, Критический уровень значимости при проверке статистических гипотез в данном исследовании принимали равным р<0,05.

Результаты

Согласно протоколу исследования у пациентов с МС и дефицитом витамина D определен уровень 6-сульфатоксимелатонина в моче. При этом у лиц с МС и дефицитом витамина D наблюдали достоверное снижение среднесуточного уровня метаболита мелатонина в моче в 3,7 раза (дневного – в 3 раза и ночного – в 4 раза) по сравнению с группой лиц без МС (табл. 1).

 

Таблица 1. Показатели 6-сульфатоксимелатонина в моче у пациентов с МС и лиц контрольной группы (без МС), Me (Q25; Q75)

Группы

n

Концентрация 6-сульфатоксимелатонина, нг/мл

среднесуточная

дневная

ночная

Пациенты с МС

54

16,1 (15,20; 17,85)

11,5 (10,28; 13,03)

32,4 (29,0; 37,8)

Контрольная (без МС)

42

60,3 (54,2; 73,48)*

35,5 (30,1; 45,9)*

128,31 (121,24; 136,52)*

Примечание. n – число исследуемых; *достоверность различий – р<0,001, между пациентами с МС и лиц без МС с использованием критерия U-теста Манна–Уитни.

 

Согласно рекомендациям ВНОК (2009 г.) лечебные мероприятия у пациентов с МС должны быть направлены на основные патогенетические звенья патогенеза данного синдрома – абдоминальное ожирение, инсулинорезистентность и системное воспаление. При этом главной целью лечения пациентов с МС следует считать снижение массы тела и достижение хорошего метаболического контроля [17]. Необходимо длительное соблюдение здорового образа жизни, которое является затруднительным для большинства пациентов с МС. Гетерогенность МС указывает на необходимость применения комплексной терапии, основанной на регулярном длительном наблюдении лиц с МС.

Поэтому в качестве превентивной фармакотерапии предложен препарат метформин, эффективность и безопасность которого доказаны во многих клинических исследованиях [19–21]. Метформин обладает анорексигенным эффектом, способствует уменьшению ОТ и массы тела. При этом снижение массы тела у пациентов с инсулинорезистентностью являлось более значительным, а эффективная суточная доза метформина соответствовала 1700–2000 мг. Плейотропные эффекты метформина связаны с активацией циклического аденозинмонофосфата. Метформин снижает как инсулинорезистентность, так и концентрацию лептина и позитивно влияет на ряд факторов риска сердечно-сосудистых заболеваний, включая снижение уровней ТГ, ХС ЛПНП и повышение уровня ХС ЛПВП в сыворотке крови. Данный препарат может назначаться с целью профилактики СД 2-го типа пациентам с ожирением даже без МС. У лиц с абдоминальным ожирением метформин снижает частоту развития СД 2-го типа [6, 19–21].

Пациенты с МС и дефицитом витамина D (n=54) рандомизированы на две сопоставимые по клинико-демографическим характеристикам группы. Пациенты 1-й группы (n=27) соблюдали диетические рекомендации и принимали препарат метформин в дозе 1700 мг/сут (по 850 мг 2 раза в сутки) в течение 12 мес. Во 2-й группе (n=27) дополнительно к указанному в 1-й группе лечения проводили коррекцию дефицита витамина D. Препаратом выбора при гиповитаминозе D является колекальциферол (холекальциферол), что соответствует уровню доказательности А I [15, 16]. Мицеллированные («водорастворимые») растворы колекальциферола обеспечивают хорошую степень всасывания с минимальной зависимостью от состава диеты, приема препаратов, состояния печени и биосинтеза желчных кислот [22]. Поэтому пациентам с МС во 2-й группе рекомендовали мицеллированный препарат колекальциферол (АкваДетрим) [23] в дозе 4000 МЕ/сут в течение 6 мес, затем 2000 МЕ/сут еще в течение 6 мес. Так как у молодых людей с МС и дефицитом витамина D наблюдали достоверное снижение среднесуточного уровня метаболита мелатонина в моче в (3,7 раза), пациентам с МС во 2-й группе дополнительно рекомендовали препараты мелатонина в дозе 3 мг/сут в течение 6 мес. Безопасность и эффективность терапии препаратами мелатонина (Мелаксен) при различных патологических состояниях, включая МС, нарушения психоэмоционального статуса и сна, подтверждены в ряде исследований [24–26].

Во всех терапевтических группах у пациентов с МС и дефицитом витамина D диетологическую помощь осуществляли в рамках Школы коррекции поведенческих факторов риска. Всего состоялось 5 визитов в течение первых 6 мес – 3 визита (1 раз в 2 мес), затем 2 визита поддержки (по 1 визиту в 3 мес). Во время каждого визита анализировались дневники питания. Всем пациентам даны разъяснения по изменению образа жизни, т.е. на фоне диетотерапии пациентам с МС рекомендовали проводить мероприятия, направленные на повышение двигательной активности.

После проведенной терапии у молодых пациентов с МС отметили статистически значимое изменение медианы изучаемых показателей во всех терапевтических группах. Но более выраженное изменение медианы в результате проведенной терапии наблюдали во 2-й группе пациентов с МС, в отличие от 1-й, по показателям: ОТ у женщин, ИМТ, индекс инсулинорезистентности, ХС ЛПНП, ТГ, hsСРБ, hsФНО-α, ИЛ-6, лептин (табл. 2).

 

Таблица 2. Динамика изучаемых показателей до и после лечения у пациентов с МС и дефицитом витамина D, Me (Q25; Q75)

Показатели

До лечения

После лечения

1-я группа

2-я группа

1-я группа

2-я группа

Масса тела, кг

100,0 (90,0; 110,0)

100,0 (89,0; 110,0)

92,0 (84,0; 100,0)▲▲

88,0 (77,0; 96,0)▲▲

ИМТ, кг/м2

33,5 (33,5; 35,0)

33,5 (31,6; 35,25)

30,7 (29,03; 32,45)▲▲

29,0 (27,35; 29,8)*

ОТ (все), см

100,0 (91,0; 112,0)

103,0 (90,0; 112,0)

92,0 (84,0; 101,0)▲▲

93,0 (79,0; 98,0)▲▲

ОТ (женщины), см

91,5 (88,0; 96,0)

90,0 (85,0; 92,0)

84,0 (80,0; 89,0)▲▲

79,0 (77,0; 80,0)▲▲*

ОТ (мужчины), см

112,0 (108,0; 116,0)

112,0 (105,0; 115,0)

101,0 (97,0; 108,0)▲▲

96,0 (94,0; 101,0) ▲▲

Глюкоза, ммоль/л

6,2 (6,1; 6,3)

6,2 (5,9; 6,4)

5,3 (5,1; 5,5)▲▲

5,0 (4,9; 5,3)▲▲*

Инсулин, мкМЕ/мл

20,5 (17,0; 22,9)

20,0 (18,0; 25,0)

14,0 (11,0; 15,0)▲▲

10,3 (9,7; 11,4)▲▲**

HOMA-IR

5,7 (4,6; 6,3)

5,6 (4,9; 6,7)

3,2 (2,5; 3,5)▲▲

2,2 (2,0; 2,5)▲▲**

ХС ЛПНП, ммоль/л

4,1 (3,7; 4,5)

4,0 (3,4; 4,5)

3,3 (2,9; 4,0)▲▲

2,4 (2,2; 2,5)▲▲**

ХС ЛПВП (все), ммоль/л

1,1 (1,0; 1,5)

1,2 (0,9; 1,3)

1,3 (1,1; 1,6)▲▲

1,5 (1,4; 1,6)▲▲

ХС ЛПВП (женщины), ммоль/л

1,2 (1,0; 1,5)

1,3 (1,1; 1,4)

1,4 (1,2; 1,6)▲▲

1,5 (1,4; 1,6)▲▲*

ХС ЛПВП (мужчины), ммоль/л

1,0 (0,9; 1,6)

1,1 (0,9; 1,3)

1,1 (1,1; 1,7)▲▲

1,5 (1,3; 1,6)▲▲

ТГ, ммоль/л

2,2 (1,9; 2,5)

2,1 (1,6; 2,6)

1,7 (1,5; 1,9)▲▲

1,3 (1,1; 1,6)▲▲**

САД, мм рт. ст.

139,0 (133,0; 146,0)

140,0 (133,0; 146,0)

120,0 (120,0; 122,0)▲▲

120,0 (118,0; 120,0)▲▲

ДАД, мм рт. ст.

89,0 (85,0; 91,0)

89,0 (85,0; 92,0)

80,0 (80,0; 80,0)▲▲

80,0 (78,0; 80,0)▲▲

hsСРБ, мг/л

4,4 (4,0; 4,9)

4,4 (3,9; 5,2)

3,0 (2,4; 3,3)▲▲

1,3 (1,0; 1,5)▲▲**

hsФНО-α, пг/мл

4,8 (4,6; 5,0)

4,7 (4,25; 5,0)

3,4 (3,0; 3,7)▲▲

1,7 (1,35; 2,0)▲▲**

ИЛ-6, пг/мл

7,8 (6,25; 8,3)

7,7 (6,8; 8,5)

6,0 (5,0; 6,4)

3,5 (2,55; 4,0)▲▲**

Лептин, нг/мл

21,0 (19,0;31,0)

22,0 (18,0;31,0)

16,0 (13,0; 24,0)

10,0 (8,55; 18,5)▲▲*

6-сульфатоксимелатонин, нг/мл

32,0 (27,0; 33,0)

31,5 (29,73; 37,4)

32,0 (30,5; 35,0)

115,0 (100,3; 121,0)▲▲**

25 (ОН) витамин D, нг/мл

16,2 (15,7; 18,0)

16,7 (13,8; 18,3)

17,0 (16,0; 19,0)

44,9 (40,0; 47,9)▲▲**

▲▲ – статистически значимые различия после лечения по сравнению с периодом до лечения при p≤0,05 и p≤0,001 соответственно; *, ** – статистически значимые различия по сравнению с 1-й группой при p≤0,05 и p≤0,001 соответственно.

 

Клинически значимое снижение массы тела на 5% от исходного зарегистрировали во всех терапевтических группах. При этом уменьшение массы тела у молодых пациентов с МС во 2-й группе было на 12%, а в 1-й – на 8%. ИМТ во 2-й группе у пациентов с МС снизился на 13,4%, а в 1-й – на 8,4%. Несмотря на положительную тенденцию уменьшения ОТ в изучаемых группах у пациентов с МС, клинически значимого снижения ОТ>94 см у мужчин не отметили. Однако зарегистрировали более значимое изменение ОТ у женщин во 2-й группе пациентов с МС. Положительные изменения показателей углеводного обмена после лечения у лиц с МС и дефицитом витамина D выявили как по уровню гликемии, так и инсулина и индекса инсулинорезистентности HOMA-IR. Однако клинически значимое снижение индекса инсулинорезистентности ниже 2,77 зафиксировали только во 2-й группе пациентов с МС. При этом индекс инсулинорезистентности HOMA-IR во 2-й группе снизился на 60,7%, а в 1-й – на 43,9%. Положительную динамику показателей липидного обмена отметили во всех терапевтических группах пациентов с МС и дефицитом витамина D. Но клинически значимого снижения ХС ЛПНП (ниже 3,0 ммоль/л) в 1-й группе мы не зарегистрировали. При этом выявили значимое и более выраженное снижение уровня ТГ во 2-й группе (на 39,1%) в отличие от 1-й (на 20%).

Пациенты в изучаемых группах стабильно получали антигипертензивную терапию в индивидуально подобранных дозах. Поэтому эффективность лечения у пациентов с МС по показателям САД и ДАД не отличалась между группами. Однако с положительной динамикой массы тела и метаболического профиля пациентов отметили снижение уровня САД и ДАД после лечения как в 1-й группе, так и во 2-й.

После лечения у пациентов с МС и дефицитом витамина D также зафиксировали достоверное изменение медианы показателей системного воспаления (hsСРБ, hsФНО-α, ИЛ-6) по сравнению с периодом до лечения. Снижение концентрации hsСРБ в 1-й группе пациентов с МС было на 31%, во 2-й – на 70,5%. Показатели системного воспаления в 1-й группе не достигли целевого значения (hsФНО-α – 0–3,22 пг/мл, ИЛ-6 – 0–5,0 пг/мл) в отличие от 2-й группы. Так, снижение концентрации медиаторов системного воспаления (hsФНО-α и ИЛ-6) в 1-й группе соответственно составило 29,2 и 23,1%, а во 2-й – 63,8 и 54,5%. Подобная ситуация наблюдалась в отношении уровня лептина. Так, в 1-й группе у пациентов с МС концентрация лептина снизились на 23,8%, а во 2-й – на 54,5%. При этом на фоне лечения препаратами мелатонина и колекальциферола во 2-й группе у пациентов с МС отметили восстановление уровня 25 (ОН) витамина D в сыворотке крови и 6-сульфатоксимелатонина в моче.

Обсуждение

В настоящее время показано, что клинически значимое снижение массы тела (на 5% от исходной и более) сопровождается повышением чувствительности тканей к инсулину, улучшением показателей углеводного и липидного обмена, уровня АД. При этом нет жестких клинических рекомендаций по рациональному питанию, чаще рассматривают преимущества и недостатки отдельных видов диет. Но отмечено негативное влияние легкоусвояемых углеводов в модуляции постпрандиальной гликемии [8, 9, 27].

Положительная динамика клинико-лабораторных показателей 1-й группы пациентов с МС и дефицитом витамина D обусловлена как снижением массы тела (на 8%), так и дополнительными плейотропными эффектами метформина (снижение инсулинорезистентности, уменьшение ОТ и массы тела, уровня лептина, ТГ, ХС ЛПНП), которые показаны в ряде исследований [8, 19, 20].

Однако более выраженное изменение медианы в результате проведенной терапии во 2-й группе пациентов с МС, в отличие от 1-й, по ОТ у женщин, ИМТ, индексу инсулинорезистентности, ХС ЛПНП, ТГ, лептину, а также показателям системного воспаления (hsСРБ, hsФНО-α, ИЛ-6) указывает на дополнительные плейотропные эффекты препаратов мелатонина и коликальциферола.

В исследовании Т.Е. Филатовой и соавт. (2017 г.) ежедневный прием препарата холекальциферола (3000– 4000 МЕ) у мужчин с ожирением на фоне антигипертензивной терапии являлся эффективным в лечении систолодиастолической формы гипертонической болезни, снижении гипергликемии натощак, уменьшении избыточной массы тела [28]. В исследовании Л.В. Янковской и соавт. (2017 г.) прием холекальциферола (2000 МЕ/сут) и диуретика в составе комбинированной антигипертензивной терапии способствовал наибольшему снижению САД и ДАД, положительно влиял на функцию эндотелия у пациентов с АГ и уровень 25(OH) витамина D в крови [29].

В литературном обзоре М. Navarro-Alarcón и соавт. (2014 г.) говорится о применении мелатонина и его способности улучшать общий метаболический профиль при ожирении и СД 2-го типа [30]. Рассматривается возможность назначения мелатонина в качестве альтернативы обычным лекарственным препаратам, используемым для коррекции компонентов МС и в ряде других исследований, в том числе и отечественными авторами [10, 24].

Таким образом, коррекция уровня мелатонина и 25 (ОН) витамина D у пациентов с МС дополнительно к стандартной терапии данного синдрома благоприятно влияет на абдоминальное ожирение (ОТ, ИМТ), инсулинорезистентность (HOMA-IR), показатели системного воспаления (hsСРБ, hsФНО-α, ИЛ-6) и липидного обмена (ТГ, ХС ЛПНП).

Заключение

Лечебно-профилактические мероприятия МС в молодом возрасте являются ключевыми факторами для снижения хронических заболеваний в старости. Для повышения эффективности лечения МС у молодых пациентов с дефицитом витамина D необходимо определять уровень мелатонина (6-сульфатоксимелатонина мочи) и при его снижении проводить как коррекцию мелатонина, так и 25 (ОН) витамина D дополнительно к стандартной терапии данного синдрома.

About the authors

N. S. Alekseeva

vokuznetsk State Institute for Further Training of Physicians

Author for correspondence.
Email: natali-sim82@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-9122-1735

Russian Federation, Novokuznetsk

к.м.н., доц., доц. каф. общей врачебной практики (семейного врача)

References

  1. Учамприна В.А., Романцова Т.И., Калашникова М.Ф. Комплексный подход в лечении метаболического синдрома. Ожирение и метаболизм. 2014;11(1):32-7 [Uchamprina VA, Romantsova TI, Kalashnikova MF. An integrated approach in the treatment of metabolic syndrome. Ozhirenie i metabolizm. 2014;11(1):32-7 (In Russ.)]. doi: 10.14341/omet2014132-37
  2. Чумакова Г.А., Кузнецова Т.Ю., Дружилов М.А., Веселовская Н.Г. Висцеральное ожирение как глобальный фактор сердечно-сосудистого риска. Российский кардиологический журнал. 2018;23(5):7-14 [Chumakova GA, Kuznetsova TYu, Druzhilov MA, Veselovskaya NG. Visceral obesity as a global cardiovascular risk factor. Russian Journal of Cardiology. 2018;23(5):7-14 (In Russ.)]. doi: 10.15829/1560-4071-2018-5-7-14
  3. Мамедов М.Н., Корнеева М.Н., Ойноткинова О.Ш. Оценка взаимосвязи риска развития сердечно-сосудистых заболеваний и сахарного диабета. Кардиология. 2017;57(2):46-51 [Mamedov MN, Korneeva MN, Oinotkinova OSh. Assessment of the relationship between the risk of cardiovascular disease and diabetes mellitus. Kardiologiya. 2017;57(2):46-51 (In Russ.)]. doi: 10.18565/cardio.2017.2.46-51
  4. Воевода М.И., Ковалькова Н.А., Рагино Ю.И. и др. Распространенность метаболического синдрома у жителей Новосибирска в возрасте от 25 до 45 лет. Терапевтический архив. 2016;88(10):51-6 [Voevoda MI, Kovalkova NA, Ragino YuI, et al. Prevalence of metabolic syndrome in 25-45-year-old Novosibirsk dwellers. Тerapevticheskij arhiv. 2016;88(10):51-6 (In Russ.)]. doi: 10.17116/terarkh2016881051-56
  5. Mbugua SM, Kiman ST, Munyoki G. Metabolic syndrome and its components among university students in Kenya. BMC Public Health. 2017;17(1):909. doi: 10.1186/s12889-017-4936-x
  6. Мкртумян А.М., Маркова Т.Н., Кичигин В.А. и др. Эффективность применения метформина при абдоминальном ожирении. Терапевтический архив. 2014;86(8):80-4 [Mkrtumyan AM, Markova TN, Kichigin VA, et al. The effectiveness of metformin in abdominal obesity. Therapeutic Archive. 2014;86(8):80-4 (In Russ.)].
  7. Друк И.В., Нечаева Г.И. Сахарный диабет 2-го типа для кардиологов. Практическое руководство для врачей. М.: Медицинское информационное агентство, 2017 [Druk IV, Nechaeva GI. Type 2 diabetes mellitus for cardiologists: A practical guide for physicians. Moscow: Medicinskoe informacionnoe agentstvo, 2017 (In Russ.)].
  8. Драпкина О.М., Корнеева О.Н., Ивашкин В.Т. Влияние на параметры абдоминального ожирения у больных метаболическим синдромом: фокус на приверженность диетическим рекомендациям. Лечащий врач. 2010;7:29-34 [Drapkina OM, Korneeva ON, Ivashkin VT. Impact on the parameters of abdominal obesity in patients with metabolic syndrome: focus on adherence to dietary recommendations. Lechashchij vrach. 2010;7:29-34 (In Russ.)].
  9. Самородская И.В., Болотова Е.В. Питание при ожирении: целевые критерии и мониторинг снижения массы тела. Терапевтический архив. 2016;88(10):99-104 [Samorodskaya IV, Bolotova EV. Nutrition in obesity: target criteria and monitoring of weight loss. Therapeutic Archive. 2016;88(10):99-104 (In Russ.)]. doi: 10.17116/terarkh201688699-104
  10. Беленков Ю.Н., Джериева И.С., Рапопорт С.И., Волкова Н.И. Метаболический синдром как результат образа жизни. М.: Медицинское информационное агентство, 2015 [Belenkov YuN, Jerieva IS, Rapoport SI, Volkova NI. Metabolic syndrome as a result of lifestyle. Moscow: Medicinskoe informacionnoe agentstvo, 2015 (In Russ.)].
  11. Тюзиков И.А., Калинченко С.Ю., Ворслов Л.О., Тишова Ю.А. Дефицит мелатонина как причина гормонально-метаболических нарушений у мужчин. Урология и нефрология. Спецвып. «Мужское здоровье». Эффективная фармакотерапия. 2015;27:48-55 [Tyuzikov IA, Kalinchenko SYu, Vorslov LO, Tishova YuA. Melatonin Deficiency as a Cause of Hormone-Metabolic Disorders in Men. Urologiya i nefrologiya. Spetsvyp. «Muzhskoe zdorov’e». Effektivnaya farmakoterapiya. 2015;27:48-55 (In Russ.)].
  12. Коненков В.И., Климонтов В.В., Мичурина С.В. и др. Мелатонин при сахарном диабете: от патофизиологии к перспективам лечения. Сахарный диабет. 2013;2:11-6 [Konenkov VI, Klimontov VV, Michurina SV, et al. Melatonin and diabetes: from pathophysiology to the treatment perspectives. Sakharnyj diabet. 2013;2:11-6 (In Russ.)].
  13. Коденцова В.М., Мендель О.И., Хотимченко С.А. и др. Физиологическая потребность и эффективные дозы витамина D для коррекции его дефицита. Современное состояние проблемы. Вопросы питания. 2017;86(2):47-62 [Kodentsova VM, Mendel OI, Khotimchenko SA, et al. The physiological need and effective doses of vitamin D to correct its deficiency. The current state of the problem. Voprosy pitaniya. 2017;86(2):47-62 (In Russ.)]. doi: 10.4172/2155-615
  14. Алексеева Н.С., Белобородова Е.В. Эффективность лечебных мероприятий при метаболическом синдроме и недостаточности витамина D. Фарматека. 2019;26(4):34-8 [Alekseeva NS, Beloborodova EV. Improving the effectiveness of treatment of metabolic syndrome vitamin D deficiency. Farmateka. 2019;26(4):34-8 (In Russ.)]. doi: 10.18565/pharmateca.2019.4.50-54
  15. Holick MF, Binkley NC, Bischoff-Ferrari HA, et al. Endocrine Society. Evaluation, treatment, and prevention of vitamin D deficiency: an Endocrine Society clinical practice guideline. J Clin Endocrinol Metab 2011;96(7):1911-30. doi: 10.1210/jc.2011-0385
  16. Дедов И.И., Мельниченко Г.А., Пигарова Е.А. и др. Клинические рекомендации «Дефицит витамина D у взрослых: диагностика, лечение, профилактика», 2015 [Dedov II, Melnichenko GA, Pigarova EA, et al. Clinical recommendations «Vitamin D deficiency in adults: diagnosis, treatment, prevention», 2015 (In Russ.)].
  17. Консенсус российских экспертов по проблеме метаболического синдрома в Российской Федерации: определение, диагностические критерии, первичная профилактика и лечение. Профилактическая медицина. 2010;13(5):27-32 [Consensus of Russian experts on the problem of metabolic syndrome in the Russian Federation: definition, diagnostic criteria, primary prevention and treatment. Profilakticheskaya meditsina. 2010;13(5):27-32 (In Russ.)].
  18. Молчанов А.Ю., Ивановская М.Л., Рапопорт С.И., Молчанова Е.С. Определение мелатонина в биологических жидкостях. Клиническая и лабораторная диагностика. 2011;6:3-7 [Molchanov AYu, Ivanovskaya ML, Rapoport SI, Molchanova ES. The definition of melatonin in biological fluids. Klinicheskaya i laboratornaya diagnostika.2011;6:3-7 (In Russ.)].
  19. Друк И.В., Ряполова Е.А. Метформин: обновленные рекомендации и плейотропный потенциал. Терапия. 2016;2:4(8):44-51 [Druk IV, Ryapolova EA. Metformin: updated guidelines and pleiotropic potential. Terapiya. 2016;4(8):44-51 (In Russ.)].
  20. Аметов А.С., Кривошеева А.А. Профилактика развития сахарного диабета типа 2. Эндокринология: новости, мнения, обучение. 2017;4:14-25 [Ametov AS, Krivosheeva AA. Prevention of the development of type 2 diabetes. Endokrinologiya: novosti, mneniya, obuchenie. 2017;4:14-25 (In Russ.)]. doi: 10.24411/2304-9529-2017-00050
  21. Hostalek U, Gwilt М, Hildemann S. Therapeutic use of metformin in prediabetes and diabetes prevention. Drugs. 2015;75(10):1071-94. doi: 10.1007/s40265-015-0416-8
  22. Громова О.А., Торшин И.Ю., Пронин А.В. Особенности фармакологии водорастворимой формы витамина D на основе мицелл. Фарматека. 2015;1:38-45 [Gromova OA, Torshin IYu, Pronin AV. Features of pharmacology of water-soluble form of vitamin D on the basis of micelles. Farmateka. 2015;1:38-45 (In Russ.)].
  23. Регистр лекарственных средств России. Энциклопедия лекарств. (Электронная версия) [Register of medicines of Russia. Encyclopedia of drugs. (Electronic version) (In Russ.)]. https://www.rlsnet.ru
  24. Рапопорт С.И., Молчанов А.Ю., Голиченков В.А. и др. Метаболический синдром и мелатонин. Клиническая медицина. 2013;11:8-13 [Rapoport SI, Molchanov AYu, Golichenkov VA, et al. Metabolic syndrome and melatonin. Klinicheskaya meditsina. 2013;11:8-13 (In Russ.)].
  25. Мендель В.Э., Мендель О.И. Мелатонин: роль в организме и терапевтические возможности. Опыт применения препарата Мелаксен в российской медицинской практике. Рус. мед. журн. 2010;6:336-42 [Mendel VE, Mendel OI. Melatonin: role in the body and therapeutic possibilities. Experience in the use of the drug Melaxen in Russian medical practice. Rus. med. zhurn. 2010;6:336-42 (In Russ.)].
  26. Полуэктов М.Г., Бузунов Р.В., Авербух В.М. и др. Проект клинических рекомендаций по диагностике и лечению хронической инсомнии. Consilium Medicum. Неврология и Ревматология. 2016;2:41-51 [Poluektov MG, Buzunov RV, Averbukh VM, et al. Draft clinical guidelines for the diagnosis and treatment of chronic insomnia. Consilium Medicum. Nevrologiya i Revmatologiya. 2016;2:41-51 (In Russ.)].
  27. Демкина А.Е., Бойцов С.А. Жиры и углеводы укорачивают наши жизни? Что говорит исследование PURE? Российский кардиологический журнал. 2018;23(6):202-6 [Demkina AE, Boytsov SA. Do fats or carbohydrates shorten our lives? What does the PURE study reveal? Rossijskij kardiologicheskij zhurnal. 2018;23(6):202-6 (In Russ.)]. doi: 10.15829/1560-4071-2018-6-202-206
  28. Филатова Т.Е., Низов А.А., Давыдов В.В. Опыт лечения гипертонической болезни у пациентов мужского пола с ожирением, гипергликемией натощак и дефицитом витамина D. Российский медико-биологический вестн. им. акад. И.П. Павлова. 2017;25(1):69-75 [Filatova TE, Nizov AA, Davydov VV. Experience in the treatment of hypertension in male patients with obesity, fasting hyperglycemia and vitamin D deficiency. Rossijskij mediko-biologicheskij vestn. im. akad. I.P. Pavlova. 2017;25(1):69-75 (In Russ.)]. doi: 10.23888/PAVLOVJ2017169-75
  29. Янковская Л.В., Снежицкий В.А., Мамедов М.Н. Влияние приема холекальциферола и диуретиков в составе комбинированной терапии на активность ренина плазмы и функцию эндотелия у лиц с артериальной гипертензией. Кардиология. 2017;57(8):34-9 [Yankovskaya LV, Snezhitsky VA, Mamedov MN. The effect of receiving cholecalceferol and diuretics in combination therapy on plasma renin activity and endothelial function in people with arterial hypertension. Kardiologiya. 2017;57(8):34-9 (In Russ.)]. doi: 10.18087/cardio.2017.8.10015
  30. Navarro-Alarcón M, Ruiz-Ojeda FJ, Blanca-Herrera RM, et al. Melatonin and metabolic regulation: a review. Food Funct. 2014;5(11): 2806-32. doi: 10.1039/c4fo00317a

Statistics

Views

Abstract - 124

PDF (Russian) - 38

Cited-By


Article Metrics

Metrics Loading ...

PlumX

Dimensions

Refbacks

  • There are currently no refbacks.


Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.
 

Address of the Editorial Office:

  • Novij Zykovskij proezd, 3, 40, Moscow, 125167

Correspondence address:

  • Novoslobodskaya str 31c4., Moscow, 127005, Russian Federation

Managing Editor:

 

© 2018 "Consilium Medicum" Publishing house


This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies